EWR -- Москва
На этот раз было два небольших, но достаточно необычных проишествия.
На первом отрезке перелёта (EWR -- Амстердам) женщина грохнулась в обморок. Сам не видел, но слышал падение тяжёлого предмета на пол. Через секунду включили свет и объявили, чтобы весь медперсонал самолёта срочно подошёл к ряду 42. Видел двух вскочивших людей, мужчину и женщину. Эта женщина-врач сидела через проход от меня, я заметил её ещё в аэропорту, потому что она читала книгу, но при этом постоянно отрывалась и смотрела на окружающих людей (что для американцев, как вы знаете, необычно). После того, как человека откачали, она вернулась на место; она была явно возбуждена и начала что-то быстро писать в блокноте. Я гадал, что именно, но не догадался (хотя мог бы). Оказалось, что писала записку больной даме с обнаруженными симптомами и контактной информацией. Потом она достала книгу, которую ранее читала, и начала предлагать её окружающим: она дочитала её и не хотела везти дальше с собой лишнюю тяжесть. Никто из окружающих явного желания не высказал, поэтому я вызвался освободить её от лишнего груза. Книга окзалась Angela's Ashes. Начало оказалось довольно интересным, хотя я в принципе не люблю автобиографии неизвестных мне людей.
В связи с этой историей возник вопрос: какова вероятность, что на борту самолёта будет хотя бы один доктор? И как часто случаются медицинские ситуации в самолётах? Вопрос прямо с собеседования в McKinsey :)
Этого маленького приключения было бы достаточно, чтобы скрасить перелёт, но дальше -- ещё интереснее.
В Амстердаме у меня было ожидание 3 часа между рейсами. Я позавтракал в 6 часов местного утра свежевыжатым соком, сэндвичем с сэром Камамбер и двойным эспрессо. Вот, кстати, за что люблю Европу, так это за еду: ну почему в Америке так сложно найти нормальный свежий хлеб и нормальный эспрессо? Так вот, позавтракал, сел в ожидании рейса, думаю над одной статистической задачей, которая возникла в нашей науке. Тут вижу краем глаза, подваливает трое мужиков, обнимаются, громко матерятся, прощаются. Двое уходят, один остаётся. Мужичок такой щупленький, болезненного вида, на лице вселенская печаль, и с перепою.
-- Ты по-русски говоришь? -- обращается ко мне.
-- Да, -- отвечаю.
-- Это рейс на Москву?
-- Вроде да, там так написано, -- указываю на дисплей.
-- Я -- Димон, -- подсаживается ко мне, протягивает руку.
-- Сергей, -- здороваемся.
-- Давай пообщаемся, -- говорит.
-- Ну давайте, -- отвечаю (альтерантив-то всё равно нету, ещё 2 часа до посадки) и откладываю свою математику.
Далее начинается, пожалуй, самый необычный разговор в моей жизни. Начинаем с естественных в аэропорту вопросов: откуда, куда. Димон оскорбляется, что я называю его на "Вы": "Ты это 'Вы' засунь вон тому мужику в жопу! ... или это баба?". Димон летит в Белгород из Панамы, где он поссал в Атлантический океан. В Амстердаме остановился на несколько дней у пацанов. Улететь должен был накануне, но, придя в аэропорт, первым делом нажрался и при посадке в самолёт обматерил стюардессу, за что был снят с рейса. Это всё, допустим, интересно с социальной точки зрения: зарисовки из жизни братков. Но потом, после того, как Димон замечает мою бумажку с вычислениями, начинается самое интересное. На мой ответ: "Да, тут одна задача по статистике...", он, вместо ожидаемого "А-а", просит меня объяснить, в чём суть. Кстати, тот факт, что я занимаюсь наукой, он каким-то образом вычислил примерно в первые 2 минуты общения. Итак, я начинаю ему объяснять про биномиальное распределение, записываю ему формулу для вычисления вероятности x орлов из десяти попыток. В формуле присутствует факториал. Димон его тут же замечает:
-- А это что за х*ёвина?
-- Это факториал.
-- Объясняй.
Объясняю. Когда разобрались с формулой, Димон просит формулу применить. Считаем вероятность выпадения 10-и орлов из 10-и попыток. Димон доволен:
-- Так можно в казино идти с этой формулой!
-- Вряд ли, -- говорю, -- в казино эту формулу знают.
Далее разговор переключается на Эйнштейна и его теорию относительности. Далее -- Большой Взрыв и образование нашей солнечной системы. Далее, эволюция (на вопрос, "ты чем занимаешься"). Димон выдвигает свой взгляд: люди появились в результате эксперимента, проводимого инопланетянами. Его теория, в принципе, вполне совместима с дарвинизмом, за исключением того, что он считает, что "маленькие изменения" в геномах вызваны экспериментаторами-инопланетянами. Объясняю Димону о спонтанных мутациях, об эксприментах Ленского, и, похоже, убеждаю его в ненужности привлечения инопланетян для объяснения происхождения человека. Димон, однако, правильно замечает, что теория эволюции ничего не может сказать о зарождении жизни на планете. Так же как физика не может сказать, что было до Большого Взрыва или что происходит за границей Вселенной. Снова переключаемся на физику: ускорители элементарных частиц, материю и антиматерию. Пытаюсь разубедить Димона в существовании частиц с отрицательной массой. Наш разговор прерывается посадкой в самолёт.
Вот такие дела. Удивительное рядом. Поразили эрудиция Димона, острота его интеллекта и критичность мышления. Особенно в контексте его, по всей видимости, околокриминального существования в провинциальном городе Белгороде и при отсутствии высшего образования. В течение разговора, он несколько раз извинялся, что пристаёт со всеми этими вопросами, и жаловался, что на эти темы поговорить ему просто не с кем...
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
jedermann) wrote,
okay
